A+ A A-

Анализ стихотворения Пушкина "Бесы"

Осенью 1830 года Пушкин приехал в Болдино улаживать имущественные дела перед женитьбой и надолго остался там из-за холерных карантинов. Тогда и было написано стихотворение «Бесы».

Стихотворение построено на множестве повторов разных уровней: композиционных, лексиче­ских, звуковых.

Мчатся тучи, вьются тучи;

Невидимкою луна

Освещает снег летучий;

Мутно небо, ночь мутна.

Это четверостишие повторено трижды, оно звучит лейтмотивом стихотворения и делит его на три композиционных отрезка. Первые две части — по три восьмистишия каждая; последняя часть гораздо короче и состоит из одного восьмистишия. Многочисленные повторы прекрасно пе­редают круговое движение снежных вихрей. Постоянно повторяются образы кружения, мутного освещения, мглы, сбивающие с толку.

Второе четверостишие возвращает взгляд на землю при помощи чисто фольклорной реплики: «Еду, еду в чистом поле...» Со второго восьмистишия появляется бес. В появлении своем он про­ходит как бы несколько ступеней, становясь все более и более реальным. Сначала ямщик выска­зывает предположение: «В поле бес нас водит, видно...». Затем он придает воображаемому бесу все более и более осязаемые черты:

Посмотри: вон, вон играет,

Дует, плюет на меня;

Вот — теперь в овраг толкает

Одичалого коня;

Там верстою небывалой

Он торчал передо мной;

Там сверкнул он искрой малой

И пропал во тьме пустой.

Присутствие нечистой силы нарастает. Следом за суеверным ямщиком почуяли неладное кони:

Кони стали... «Что там в поле?» — «Кто их знает? пень иль волк?»

Автор постоянно акцентирует внимание на дороге, на конях, на колокольчике, подчеркивает, что путники сбились с дороги, заблудились, им страшно. В тот момент, когда «кони снова по- неслися», наступает кульминация: бесы приобретают вполне реальные черты, теперь их видит не только ямщик, не кони, а сам седок, обозначенный лирическим «я». С этого момента земля в стихотворении совсем исчезает и начинается вакханалия, шабаш:

Бесконечны, безобразны,

В мутной месяца игре

Закружились бесы разны,

Будто листья в ноябре...

Сколько их! куда их гонят?

Что так жалобно поют?

Домового ли хоронят,

Ведьму ль замуж выдают?

Образ бесов вводится здесь целым комплексом средств, обрушивается, как настоящий обвал. По­следняя строфа вновь возвращает читателя к началу стихотворения, заставляя по-другому взглянуть на ту же картину. Тучи параллельны бесам, напрямую связаны с ними. Мчащиеся тучи оказывают­ся мчащимися бесами. Невозможно понять, кто есть кто. В результате резко ослабевает реальность и тех, и других:

Мчатся тучи, вьются тучи;

Невидимкою луна

Освещает снег летучий;

Мутно небо, ночь мутна.

Мчатся бесы рой за роем

В беспредельной вышине,

Визгом жалобным и воем

Надрывая сердце мне...

В «Бесах» изображен символический образ мира, сбившегося с пути, и состояние души, охваченной трагическими страстями. С первых же строчек читатель погружается в стихию тоски и тревоги, жутких предчувствий (образ кружения, снежного вихря, бесконечного, бесовского кру­говорота метели — эти мотивы помогают воссоздать картину мира, сбившегося с пути). В «Бесах» воплощена своеобразная иерархия зла, многоликость враждебных стихий, опутавших личность и сбивающих с пути Россию.