A+ A A-

Врубель."Царевна Лебедь". Сочинение по картине

Царевна Лебедь.  Сочинение по картине

Источник своего вдохновения Михаил Александрович Врубель находил в русском былинном эпосе, национальной фольклорной традиции. Опираясь на миф, легенду, былину, художник не иллюстрировал их, но создавал свой собственный поэтический мир, красочный и напряженный, полный торжествующей красоты и вместе с тем тревожной таинственности, мир сказочных героев с их земною тоской и человеческим страданием.
Надежда Ивановна Забела, известная певица и муза художника, внесла во внутренний мир Врубеля не только обаяние женской прелести. В его сердце еще больше вошла музыка. Искусство Врубеля и творчество Забелы были нерушимо связаны между собой незримыми, но прочными нитями. Дарование Забелы формировалось при самом непосредственном участии Врубеля.
Надежда Ивановна создала незабываемый образ Царевны-Лебеди в опере Римского-Корсакова "Сказка о царе Салтане". Знаком этого успеха послужила и открытка, выпущенная после бенефиса, - фотография Забелы в роли Царевны-Лебеди. Эта открытка, по-видимому, и явилась толчком к появлению нового произведения Врубеля - картины "Царевна-Лебедь".
Истинная музыкальность - в самой живописи, в том, как мерцают и переливаются воздушные, невесомые краски на первом плане, в тончайших градациях серо-розового, в поистине нематериальной живописной материи полотна, "превращающейся", тающей. Вся томительная, печальная красота образа выражена в этой особенной живописной материи.
Очарование родной природы, гордая и нежная душевность сказочной девушки-птицы. Тайные чары все же покоренного злого колдовства. Верность и твердость истинной любви. Могущество и вечная сила добра. Все эти черты соединены в чудесный образ, дивный своей немеркнущей свежестью и той особенной величавой красотою, свойственной народным сказам.
Глубокий смысл заложен в этих двух словах. Очарование родной природы, гордая и нежная душевность сказочной девушки-птицы. Верность и твердость истинной любви. Могущество и вечная сила добра. Рассказать об этом мог только великий художник, постигший прелесть Руси.
.В самую глубину вашей души заглядывают широко открытые чарующие очи царевны. Она словно все видит. И сегодня, и завтра. Поэтому, может быть, так печально и чуть-чуть удивленно приподняты соболиные брови, сомкнуты губы. Кажется, она готова что-то сказать, но молчит. Мерцают бирюзовые, голубые, изумрудные самоцветные камни узорчатого венца-кокошника. Перламутровый, жемчужный свет излучают огромные белоснежные, но теплые крылья.
За спиной Царевны-Лебедь волнуется море. Мы почти слышим мерный шум прибоя о скалы чудо-острова, сияющего багровыми, алыми волшебными огнями.
Невероятная благость разлита в холсте. Может, порою только легкий шорох крыльев да плеск волн нарушают безмолвие. Царит покой. Все как будто заколдовано. Но вы слышите, слышите биение сердца русской сказки, вы пленены взором царевны и готовы бесконечно глядеть в ее печальные добрые очи, любоваться ее обаятельным милым лицом, прекрасным и загадочным.
Художник пленил нас магией своей волшебной музы. И мы на миг оказываемся в неведомом царстве грез. Живописец-чародей усиливает в сердцах наших чувство веры в добро, в прекрасное.