Сочинение на тему

Сочинение на тему: Пушкинская тема в творчестве А. Ахматовой

А. С. Пушкин для поэзии серебряного века — концентрированное выражение культуры прошлого. Поэтому его «сбрасывали с корабля современности (футуристы), присваивали в единоличное владение («Мой Пушкин» М. Цветаевой) и одновременно считали воплощением того гармонического мировидения, которое не должно быть поколеблено даже самыми смелыми новациями. Пушкинская тема звучит в произведениях А. Блока, В. Маяковского, М. Цветаевой. Как же она воплотилась в произведениях А. Ахматовой?

Уже в первом ахматовском сборнике «Вечер» появляется юный Пушкин. В цикле «В Царском Селе» читаем:

Смуглый отрок бродил по аллеям,

У озерных грустил берегов,

И столетие мы лелеем

Еле слышный шелест шагов.

О мертвом поэте здесь говорится как о живом, «еле слышный шелест шагов» доносится через столетие. Прошлое оживает и становится героем стихотворения. Пушкин — вершинное воплощение прошлого, он воссоздал это прошлое в поэтическом слове. Образ Пушкина в этом стихотворении двоится. С одной стороны, он удален во времени и в пространстве («И столетие мы лелеем еле слышный шелест шагов»), А с другой стороны, он максимально приближен к читателю: дистанцию сокращают простые, обыденные детали: «Здесь лежала его треуголка и растрепанный томик Парни».

Следовательно, Пушкин для Ахматовой — действительно идеальная перспектива, нечто безусловно близкое и в то же время бесконечно удаленное, постоянно воплощающееся и в то же время до конца не воплотимое. Таким представляется и пушкинское слово, которое незримо присутствует в стихах Ахматовой в виде цитат и аллюзий.

В уже упомянутом цикле «В Царском Селе» второе стихотворение представляет собой творческое переосмысление пушкинского стихотворения «Урну с водой уронив, об утес ее дева разбила...». В обоих стихотворениях речь идет о статуе, и статуя представляется одновременно и мертвой, и живой. У Ахматовой:

А там мой мраморный двойник,

Поверженный под старым кленом,

Озерным водам отдал лик,

Внимает шорохам зеленым.

У Пушкина: «Дева над вечной струей вечно печальна сидит». Ахматовское стихотворение — это воскрешение пушкинской статуи в поэтическом слове. Надо сказать, что во многих ахматовских стихах воскрешается пушкинское слово. Часты у Ахматовой пушкинские эпиграфы, например, в таких итоговых произведениях, как «Северные элегии», «Городу Пушкина», «Поэма без героя». А название ранней поэмы «У самого моря» явно перекликается с зачином пушкинской «Сказки о рыбаке и рыбке»: «Жили-были старик со старухой у самого синего моря».

Но самое главное, пушкинское начало живет в ахматовскои поэзии, в незыблемых устоях нравственности и творчества. Память и совесть — эти категории и у Пушкина, и у Ахматовой оказываются основой мироведения. У обоих поэтов память горестна неумолима и неукротима. Суд памяти и суд совести у Пушкина — единое апокалиптическое видение:

Воспоминание угрюмо предо мной

Свой длинный развивает свиток.

У Ахматовой — суд совести — событие гораздо более земное, однако не теряющее от этого своей трагедийности:

А я всю ночь веду переговоры

С неукротимой совестью своей.

Я говорю: «Твое несу я бремя

Тяжелое, ты знаешь, сколько лет...»

Кроме того, Пушкин родственен Ахматовой своеобразным даром пророчества. «Как он понимал, как он все на свете знал? Этот кудрявый мальчик с томиком Парни под мышкой!», — говорила она в одной из бесед с И. Берлином. Пушкин действительно предчувствовал грядущие катаклизмы, прежде всего внутричеловеческие. То же характерно и для Ахматовой. «Я гибель накликала милым, и гибли один за другим», — писала она, предчувствуя и собственную судьбу, и судьбу своего поколения.

Пушкинское творчество, пушкинская биография — предмет серьезного осмысления в течение всей жизни А. Ахматовой. Стремление к доскональному знанию потребовало и академических штудий — литературоведческих занятий и биографических исследований. Работы Ахматовой-пушкиниста широко известны. Ее статьи отмечены родственным вниманием к поэту, стремлением понять жизнь и творчество Пушкина в их неразрывном единстве.

Итак, Пушкин для Ахматовой — идеальная перспектива поэтического творчества. Пушкинский мир для нее — образец нерушимого гармонического равновесия.

Пушкинская тема в творчестве А.А.Ахматовой

Постучись кулачком - я открою.

Я тебе открывала всегда.

Я теперь за высокой горою,

За пустыней, за ветром и зноем,

Но тебя не предам никогда...

А.А.Ахматова, 1942, Ташкент.

Судьба наградила Анну Ахматову счастливым даром. Её внешний облик - "царский профиль" - отчетливо и красиво выражал личность. Но Бог одарил Ахматову не только внешней красотой, а и душевной. Анна Ахматова - великий поэт и лирик!

Ранней Ахматовой не было. Перед читателем появился зрелый поэт с твердо избранной позицией. В своей поэзии Ахматова спорила со всеми своими поэтами-современниками. И спор этот оказался чрезвычайно плодовитый для русской поэзии.

Анна Ахматова преклонялась перед поэзией Пушкина. Для неё как Пушкин, так и его поэзия были идеалом. У Ахматовой был свой символ в поэзии, предначертанный путь в поэзии. Он выражался не в статьях и речах, а стихотворениях. Это было обращение к Александру Сергеевичу Пушкину:

Смуглый отрок бродил по аллеям,

У озёрных грустил берегов,

И столетие мы лелеем

Еле слышный шелест шагов.

Иглы сосен густо и колко

Устилают низкие или...

Здесь лежала его треуголка

И растрепанный том Парни.

В стихах утверждалась безусловность её ценностей. Видна отчетливая "ограниченность" образа.

Однажды в разговоре Анна Андреевна высказала парадоксальную, но интереснейшую мысль. По её мнению, известные прозаические отрывки Пушкина ("Гости съезжались на дачу", "В начале 1812 года", "Наденька" и другие) вовсе не отрывки, а законченные произведения. Они так и задуманы. В них Пушкин высказал все что хотел.

Можно согласится с этим, можно спорить. Несомненно одно: это утверждение бросает свет на поэтику самой Ахматовой. На её любовь к кратким конструкциям. На её уверенность в том, что между рядами тесных строф открывается красивый мир переживаний и впечатлений. В её поэзии четко виден "скульптурный" лаконизм, противостоящий "водоворотному" началу символистской поэзии. Перед нами открываются обширные смысловые горизонты, окружающие слово. В стихах Ахматовой утверждается благоговение перед пушкинскими высотами, перед их нетленным и вечным сиянием в небе грёз.

Анна Ахматова - яркая звезда, которая загорелась на горизонте русской литературы, и которая своим сиянием осветила и покорила многие сердца. Пушкинские традиции в творчестве Ахматовой возвысили её до необъятных высот совершенства.

     Сочинения по русскому языку и литературе.