Гавриил Романович Державин «Записки» краткое содержание

Записки из известных всем происшествиев и подлинных дел, заключающие в себе жизнь Гаврилы Романовича Державина.

Автор, перечисляющий в начале записок все свои чины, должности и ордена, но вовсе не упоминающий при этом о стихотворческой славе, родился в Казани от благородных родителей в 1743 г. июля 3 числа. Род его происходил от выехавшего при Василии Тёмном из Золотой Орды мурзы Багрима. Родители Державина, несмотря на полковничий чин отца, жили в крайней бедности — всего шестьдесят душ имения. Он был их первенцем, родился хилым, так что младенца запекали в хлеб, чтобы получил сколько-нибудь живости. Полутора лет от роду, глядя на пролетающую комету, мальчик сказал первое своё слово: Бог!

Несмотря на бедность, родители пытались дать сыну приличное образование, но в провинции хороших учителей не было, и девятнадцати лет от роду Державину пришлось вступить в службу простым солдатом лейб-гвардии Преображенского полка. Тогда же он начал сочинять стихи; товарищи, прознав об этом, стали просить его писать письма домой. В день, когда Екатерина II совершила переворот и взошла на престол, Державин со своим полком прошёл от Петербурга до Петергофа и видел новую императрицу в гвардейскомпреображенском мундире, на белом коне, с обнажённой шпагой в руке. Последующие годы прошли в разнообразных приключениях — и любовных, и худшего рода: Державин побывал и в шулерах, знался и с мошенниками, и с буянами. Насилу он образумился и вернулся к полку в Петербург. Вскоре после того, на десятом году службы, Державин получил офицерский чин и зажил благопристойно и счастливо.

Ещё полтора года спустя началось пугачёвское возмущение. Державин отправился к генерал-аншефу Бибикову, назначенному командующим, и попросился к нему под начало. Тот вначале отказал, но Державин не отступил и добился-таки своего. Во всё время кампании он играл весьма важную роль, а о поимке Пугачёва первым послал донесение. Но затем молодой офицер оказался нечаянно замешан в придворную борьбу Паниных и Потёмкиных. Фельдмаршал Панин разгневался на Державина, Потёмкин тоже не помог. В 1777-м, после нескольких лет мытарств, офицер, по слову которого ещё недавно передвигались корпуса, оказался уволен в штатскую службу «за неспособностью к военной».

Державин зажил опять в Петербурге, завёл добрых друзей и, войдя в дом генерал-прокурора Вяземского, устроился к нему в Сенат на довольно видное место. Тогда же он влюбился без памяти в девицу Катерину Яковлевну Бастидонову, на которой через год женился и с которой прожил счастливо восемнадцать лет. В 1783 г. напечатана была его ода «Фелица», от которой императрица, по собственным её словам, «как дура, плакала» и подарила Державину усыпанную бриллиантами табакерку, полную золотых червонцев. Вяземский же после этой милости стал к нему придираться, а в конце года случилось и серьёзное столкновение: Державин уличил генерал-прокурора в сокрытии государственных доходов. Подчинённому пришлось выйти в отставку. Пользуясь свободой, Державин отправился в Нарву, снял там комнату и, запершись, в несколько дней написал оды «Бог» и «Видение мурзы».

Несколько месяцев спустя он был назначен губернатором в Петрозаводск. Начальником над ним оказался генерал-губернатор Тутолмин; этот человек вводил свои законы сверх государственных и в Карелии заставлял отчитываться о насаждении лесов. Державин такого сумасбродства и самоуправства терпеть не мог; вскоре весь город разделился на две партии, и Державин оказался в меньшинстве. Пошли доносы в столицу самого глупого и смешного рода; кроме того, генерал-губернатор отправил Державина в опаснейшее путешествие через глухие леса к Белому морю.

На море, пытаясь попасть на Соловецкие острова, Державин попал в сильнейшую бурю и чудом спасся. Летом 1785 г. власти решили перевести его из Петрозаводска на ту же должность в Тамбов. Там Державин многое исправил после нерадивого предшественника, завёл народное училище, типографию и балы с концертами. Но вскоре и тут начались столкновения с генерал-губернатором, покрывавшим плутов-откупщиков. Дело так запуталось, что сам Державин не только оказался отставлен, но и попал под суд.

Без малого год пробыл он в крайнем беспокойстве, не зная, как избавиться от беды, и наконец написал письмо императрице, а та объявила, что автора «Фелицы» обвинить не может. Дело шло к почётной отставке, но она не устраивала Державина. В поисках новой службы он сблизился с обоими фаворитами: старым, Потёмкиным, и новым, Платоном Зубовым (ему даже пришлось мирить их в одном споре о поместьях), подружился и с Суворовым, написал несколько замеченных при дворе стихотворений. Как бы то ни было, но только при всех этих милостях Державин шатался по площади, проживая в Петербурге без всякого дела.

Так прошло года два, как вдруг Екатерина поручила ему рассмотреть одно весьма важное дело, а затем, в самом конце 1791-го, взяла к себе в статс-секретари для наблюдения за решениями Сената.

Державин многого ждал от этой должности, но государыня любила, когда ей докладывают о блестящих победах, а ему приходилось неделями и месяцами читать ей скучные документы о неприятных делах. К тому же, увидав императрицу вблизи, со всеми человеческими слабостями, Державин не мог больше посвящать ей вдохновенных стихов, а это-то от него и было на самом деле нужно. Итак, хотя он угождал императрице, но правдой своей часто и наскучивал.

Три года спустя Державин был уволен от двора в Сенат без всяких особенных награждений. Правда, он мог бы стать и генерал-прокурором, если бы о том попросил, но у него было правило: ни на что не напрашиваться и ни от чего не отказываться в надежде, что когда его на что призовут, то сам Бог ему поможет. В Сенате много раз Державину случалось оставаться за правду одному против всех — иногда побеждая, а иногда проигрывая. Был он и председателем коммерц-коллегии, но на этом посту не имел уже ничего, кроме неприятностей. Наконец, Державин сам попросился в отставку, но не получил её.

В июле 1794 г. умерла Катерина Яковлевна, а вскоре, чтобы с тоски не уклониться в разврат, он посватался к свояченице своих друзей Николая Львова и Василия Капниста — Дарье Алексеевне Дьяковой. Жениху было более пятидесяти лет, а невесте около тридцати; ещё при жизни жены его она признавалась, что другого жениха себе не желала бы. Когда Державин сделал предложение, Дарья Алексеевна попросила у него расходные книги, продержала их у себя недели две и тогда только объявила о своём согласии. За семнадцать лет совместной жизни новая супруга Державина удвоила их состояние.

6 ноября 1796 г. скоропостижно скончалась императрица Екатерина, при которой, начав службу от солдатства, Державин дошёл до знаменитых чинов, бывал от неё награждён, главное же — покрываем от всех несправедливых гонений. Тотчас по кончине государыни вслед за новым императором ворвались с великим шумом во дворец, как в завоёванный город, вооружённые люди. Вскоре коммерц-коллегия была преобразована, а Державин получил повеление явиться во дворец и получил от императора Павла устное повеление быть правителем Государственного Совета — должность небывалая по значению. Несколько дней спустя вышел указ о назначении Державина правителем не Совета, а всего лишь канцелярии Совета (то есть простым секретарём), и притом без должных инструкций. Державин явился к государю выяснить это недоразумение; тот с великим гневом сказал: «Поди назад в Сенат и сиди смирно!». Тогда Державин, при большом скоплении народу, произнёс: «Ждите, будет от этого царя толк!». Обошлось без больших неприятностей. Более того, Державину было поручено важное расследование в Белоруссии, после которого он опять был сделан президентом коммерц-коллегии, а затем государственным казначеем. Но на глаза к себе Павел его больше не пускал, говоря: «Он горяч, да и я, то мы опять поссоримся».

Державину пришлось заниматься ревизией всех государственных счетов, которые нашлись в большом беспорядке. Отчёт свой он должен был доложить императору 12 марта, а в ночь на этот день Павла не стало. Чем бы кончилось дело, останься он жив, — неизвестно; может быть, и Державин бы пострадал. Много раз в продолжение царствования Павла он выказывал независимость и смелость, а к гербу своему в это время сделал надпись: «Силою Вышнею держусь».

При Александре I Державин получил новый пост: стал первым министром юстиции и одновременно генерал-прокурором Сената. Много сил он положил на борьбу с молодыми друзьями императора, прельщавшими его проектами конституции и поспешного освобождения крестьян: Державин даже пытался протестовать против любимого Александрова указа о вольных хлебопашцах. Вскоре начались к нему придирки, а в октябре 1803 г. дошло и до столкновения. На вопрос Державина, в чём он прослужился, государь ответил только: «Ты слишком ревностно служишь». — «А как так, государь, — отвечал Державин, — то я иначе служить не могу». На другой или третий день после этого вышел указ об отставке. 8 октября 1803 г. Державин навсегда покинул службу и посвятил досуги свои разным литературным занятиям. Записки доведены до 1812 г.

     Сочинения по русскому языку и литературе.