«Сон об убийстве лошади» анализ эпизода романа Ф. М. Достоевского «Преступление и наказание»

Одна из сильнейших сторон писательского мастерства

Ф. М. Достоевского — его дар психолога. Притягательность произведений одного из самых «трудных» в мире классиков состоит в его умении проникать в самые сокровенные, порой темные тайники человеческой души; постигать загадочность и неповторимость человеческой натуры. «Он стремится приблизить читателя к потоку, калейдоскопу мыслей, чувств своего героя. Поэтому Достоевского называют писателем — психологом», — отмечал А. В. Луначарский.

Характер Родиона Раскольникова, главного героя романа Достоевского «Преступление и наказание» противоречив: он весь в сомнениях, колебаниях. В нем причудливо сочетается непомерная гордость, озлобленность, холодность с мягкостью, добротой, отзывчивостью к чужим несчастьям.

Мы встречаемся с этим героем в трудные для него дни, когда в его душе идет напряженная борьба. Убить процентщицу Алену Ивановну для него означает доказать самому себе, что он не «тварь дрожащая», а «право имеет», что он из тех избранных, которым все дозволено; а отказаться от своего намерения — признать свое ничтожество, свою неизбранность.

Сон, приснившийся Раскольникову в преддверии страшного преступления, сон, возвративший его к страшному эпизоду из детства, играет в повествовании большую идейно-художественную роль.

Во-первых, сон Родиона Раскольникова в лаконичной форме дает читателям некоторые очень важные сведения о семье главного героя, о взаимоотношениях в ней. Раскольников рос в семье, в которой традицией были прогулки отца с сыном («он семи лет и гуляет в праздничный день, под вечер, со своим отцом за городом»). А также — посещение церкви и кладбища, уважение к памяти умерших предков («Среди кладбища каменная церковь, с зеленым куполом, в которую он два раза в год ходил с отцом с матерью к обедне, когда служились панихиды по его бабушке, умершей уже давно, и которую он никогда не видал»).

Мы отмечаем, что мальчика стремились воспитывать в духе христианских традиций: посещать храм божий, помнить об умерших близких и молиться за упокой их души, быть духовно близким с родителями.

Во-вторых, мы делаем вывод, что уже в детстве Раскольников был чуток и восприимчив к происходящему. Он замечал грязь и пороки социальной действительности, и они вызывали в нем неприятие. Так мальчика пугал и отталкивал кабак — средоточие разврата, пьянства: «В нескольких шагах от последнего городского огорода стоит кабак, большой кабак, всегда производивший на него неприятнейшее впечатление и даже страх, когда он проходил мимо гуляя с отцом». И наоборот, мальчик интуитивно тянулся ко всему, что олицетворяло доброе светлое начало: «Он любил эту церковь и старинные в ней образа, большей частию без окладов, и старого священника с дрожащею головой».

В-третьих, Достоевский обличает жестокость, на которую, как это ни страшно, способен человек, и которая заставляет усомниться в человеческом начале в нем. Обезумевшая толпа народа предаются жестокому развлечению — избиению несчастной лошадки, «маленькой, тощей, саврасой крестьянской клячонки». Это «преступление» олицетворяет собой ту темную частичку человеческой души, о которой знал и писал Достоевский.

Народ спорит: способна ли эта несчастная кляча, запряженная в телегу, выдержать огромный вес — огромную, обезумевшую толпу. Эти люди перестают быть людьми, ибо нельзя назвать людьми тех, кто мучает безответное животное, кто способен бить, топтать живое существо и при этом испытывать удовольствие от вида страданий, крови…

Миколка, который «хлещет, хлещет, и уже не знает, чем и бить от остервенения», призывает толпу «сечь до смерти», «добивать» лошадку. «По морде ее, по глазам хлещи, по глазам!» — кричит он. «Да что на тебе креста, что ли, нет, леший!» — воскликнул «один старик из толпы». Но проходит несколько секунд, и даже этот старик «не выдержал и усмехнулся», настолько смешным ему показалось, что «этака лядащая кобыленка» еще и «лягается». Апогея жестокости толпа достигает, когда, подчинившись Миколке, все хватают «кнуты, палки, оглоблю и бегут к издыхающей кобыленке».

В-четвертых, этот сон, вернувший Раскольникова в детство, — своего рода сон-предупреждение. Он говорит о несовместимости того страшного, что он задумал, и ранимой, чуткой, восприимчивой к страданиям других натуры Раскольникова, сердце которого полно сочувствия, острой жалости ко всем, кому плохо, кого обижают. Во всей этой толпе людской, потерявшей человеческий облик, нашелся только один человек — это ребенок, мальчик Родя. Только он один жалеет лошадку. Восприимчивое, ранимое, доброе сердце ребенка живо откликается на страдания несчастного, безответного существа.

«- Папочка, папочка», — кричит он отцу, — «папочка, что они делают! Папочка, бедную лошадку бьют!»

Родя плачет; не помня себя, «пробивается он сквозь толпу к савраске, обхватывает ее мертвую, окровавленную морду и целует ее, целует в глаза, в губы».

Более того, Родя не пассивен в выражении своего сочувствия. При виде страдания живого существа он бросается к нему на помощь; не думает о себе, а ведь обезумевшая толпа могла довольно жестоко поступить с теми, кто решил помешать ей развлекаться. Герой хочет горячо защищать того, кого обижают, мучают: «Потом вдруг вскакивает и в исступлении бросается своими кулачонками на Миколку».

Герою этот сон, напомнивший о чудовищном эпизоде из своего детства, словно послан свыше. Он предостерегает Раскольникова от ошибки, поскольку становится очевидно: человечность Раскольникова не позволяет ему жить со страшным грузом на сердце, отягощенной преступлением совестью.

     Сочинения по русскому языку и литературе.