Нравственность и научно технический прогресс (по роману Е. Замятина «Мы»)

Роман «Мы» был написан Евгением Замятиным в 1920 г. Это время было самым сложным для нашей страны. Россия «строила новый быт, новую жизнь, новую культуру...» и «отрекалась от старого мира». Несмотря на то что роман «Мы» был написан в далекое от нашего поколения время, впервые его опубликовали в нашей стране лишь в 1988 г. в журнале «Знамя». И этим романом зачитываются внуки и правнуки тех, к кому этот роман был обращен.

После событий, которые произойти в России в 1917 г., все люди, живущие в молодой советской республике, были уверены: грядет новая жизнь.

Главная тема произведения — драматическая и трудная судьба личности, живущей в условиях тоталитарного общественного строя.

Замятин был крупным инженером-кораблестроителем и, как никто другой, понимал, как создается механизм. Он знал, что делается это в полном соответствии с чертежом, схемой. И он осознавал, что подобным образом никогда нельзя спроектировать и построить общество людей. Он знал, что человек не может быть «винтиком». Когда его превращают в «винтик», он теряет большую часть своей человеческой сущности. История нашей страны наглядно показывает, что, когда человечество становится совокупностью «винтиков», это ведет к преступлению перед человеком.

В романе Замятин рисует будущее мрачными, а отнюдь не веселыми красками. Он показывает общество, в котором поклонение всему техническому и математическому доведено до абсурда, он пытается показать людям, что любой технический прогресс без нравственных законов может принести лишь вред.

В своем романе автор подвергает критике идею всеобщего счастья, которое создано искусственно, вопреки законам естественного развития. И именно поэтому в романе «Мы» Е. Замятин решает один из главных нравственных вопросов: «По какому пути пойдет научно-технический прогресс, какие нравственные ценности приобретут или утеряют потомки?»
Итак, перенесемся На тысячу лет вперед. Перед народом Единого Государства поставлена историческая задача: «Вам предстоит подчинить неведомые существа, обитающие на других планетах — быть может, еще в диком состоянии СВОБОДЫ. Если они не поймут, что мы несем им математически безошибочное счастье, наш долг заставить их быть счастливыми». Читая эти строки романа, читатель просто приходит в ужас от того, каким холодом веет на него от этих слов. И первое, что приходит на ум читателю, — это же безнравственно, опасно, ведь речь идет о людях, а не о «нумерах».

Будущее, которое описал Е. Замятин, похоже на какое-то безумие: вся жизнь в будущем подчинена законам Скрижали, человек «счастливого государства» потерял свое имя, потерял свое «я», стал «нумером». У этих «нумеров» общее, обязательное расписание жизни, даже личной (в определенное время, с физически соответствующим нумером). И чем дальше вчитываешься, тем страшнее: утеряна формула хлеба, изобретена новая нефтяная пища (правда, благодаря ей выжило лишь 0,2 части населения земного шара), памятник древней литературы — «Расписание железных дорог», бессмертная трагедия — «Опоздавший на работу».

Эти «нумера» живут в одинаковых домах-коробках, они отделены от природы Зеленой Стеной. А главное в этой «новой» жизни — это цифры. «Нет ничего счастливее цифр, живущих по стройным, вечным законам таблицы умножения. Ни колебаний, ни заблуждений».

«Нумерам» незачем думать и говорить о прекрасном! Музыка — это дикость. «Вдохновение — неизвестная форма эпилепсии». «В цветах нет ничего прекрасного— как и во всем, что принадлежит дикому миру... Красиво только разумное и полезное: машины, сапоги, формулы пищи и прочее...»

Жителям Единого Государства даже сны не должны сниться. «Сны — это серьезная психическая болезнь». И горе тому, с кем случится то, что с Д-503: «У вас образовалась душа, это неизлечимо».

Главная и наиважнейшая задача Интеграла — заставить людей быть счастливыми. Да, да, именно заставить, а не сделать, не помочь им в обретении счастья. Но может ли существовать это «насильственное» счастье? Можно ли лишить живых людей чувств, души, фантазии? Я думаю, что такое невозможно.

Да, технический прогресс, который так гиперболизировал Замятин, конечно, необходим, но в разумных пределах. Ведь самое главное в жизни — это все же человек и все то, что называется духовностью и нравственностью. А вот если человека лишить свободы, сделать его безнравственным, бездуховным, то он превратится в простой механизм, в робота, в машину.
Роман Е. Замятина можно расценивать как попытку предупредить людей об опасности, которая грозит человечеству: власти машин и власти государства.

После того как я прочла роман, у меня сложилось мнение, что Замятин предупреждает нас об опасности, которая грозила стране в те далекие годы: в борьбе за светлое и безоблачное будущее человек нового времени может забыть о нравственности, может потерять ее и стать «нумером». И именно поэтому так страшно, но в то же время пророчески звучат заключительные строки романа: «...Там вас вылечат, там до отвала накормят сдобным счастьем, и вы, сытые, будете мирно дремать, организованно, в такт похрапывая, — разве вы не слышите этой великой симфонии храпа? Смешные: вас хотят освободить от извивающихся, как черви, мучительно грызущих вопросительных знаков. Скорее — наверх — к Великой Операции».

В романе «Мы» автор настаивает, что нет и быть не может идеального общества. Жизнь — это лишь стремление к идеалу. А вот когда это стремление отсутствует, то есть люди считают, что достигли идеала, все вокруг наблюдают разлагающее время застоя.

Прочитав роман Е. Замятина «Мы», я подумала, что ни приоритет науки и техники, ни приоритет религии и нравственности никогда не принесет человечеству пользы.
Решение проблемы нравственности и научно-технического прогресса состоит в гармоничном развитии того и другого.

     Сочинения по русскому языку и литературе.